Николай Иванов.

Полковник, военный летчик первого класса.

От Москвы до Анадыря

Я родился в м. Чиатура (Грузия) в семье потомственного казака. Мой дед Иванов Матвей Спиридонович был казаком, отец Григорий Матвее-вич был сыном казака, а я стал летчиком.

Мой прадед Спиридон во времена царя Николая 1-го защищал кре-пость Баязет. После окончания войны казаки остались на поселении за-щищать армян от уничтожения Турецко-Османской империей. Между г. Карсом и г. Эрзерум они основали станицу Новоалексеевская, в которой родился мой дед Матвей Спиридонович, в будущем станичный атаман. Там же родился мой отец Иванов Григорий Матвеевич. После Октябрь-ского переворота Ленин В.И. отдал Турции все завоевания царской Рос-сии, и казаки двинулись на родину.

Мой дед Матвей Спиридонович вернулся на Кубань в 1921 году и осел на хуторе Каблов Краснодарского края. В период коллективизации был раскулачен и сослан в Калмыкию на р. Маныч, где и умер в 1933г. Семья у деда была большая: четверо сыновей – Иван, Степан, Пантелей, Григорий (последний ребенок в семье – инвалид детства) и трое дочерей – это родных. Еще трое сыновей и одна дочь были приемными.

Все одиннадцать сыновей Матвея Спиридоновича, кроме моего отца, в том числе и приемные, погибли в Великой Отечественной войне.

Мой отец Григорий Матвеевич был столяром в колхозе. После моего рождения родители разошлись. Два года я прожил с матерью, затем она отдала меня отцу, и увидел вновь я свою маму только в 35 лет.

Мне очень повезло с первой мачехой (мамой Женей). Она была гра-мотной, умной женщиной и с детства привила мне любовь к книгам, зна-ниям. До пяти лет мы жили в Ленинакане, Армения. Я говорил по-армянски лучше, чем по-русски (сейчас не знаю ни слова). В 1941 году переехали на Кубань, х. Царицын (позже переименован в х. Северо-Кавказский), Краснодарского края, к старшему брату отца Степану Мат-веевичу.

Началась война. Все мужское население, кроме стариков, инвалидов и детей, ушло на фронт. В 1942 году пришли немцы. В начале на хутор на мотоцикле въехали разведчики. Наши красноармейцы их уничтожили. На следующий день вошли войска немцев. Все население хутора согнали на колхозный двор, где была столярная мастерская. Человек в немецкой форме на ломаном немецком языке объяснил, что он комендант, и ска-зал:

“Вас всех расстреляют, если не скажете, кто убил немецких солдат”. Одна старая женщина сказала, что видела, как красноармейцы убивали немцев. Тут же при нас расстреляли несколько красноармейцев, которых, якобы, опознала женщина, и нас отпустили. Это было страшно и незабы-ваемо.

В 1944 году у нас на хуторе открыли неполную среднюю школу се-милетку. Все дети пошли учиться. Мне шел уже девятый год. В это время умерла мама Женя. Теперь у отца нас было двое: я и мой брат Виктор. Отец женился в третий раз. После мамы Жени (которую я считал родной) новую мачеху я не воспринял и убежал из дома. Подался к родной тете в Тбилиси. В Махачкале меня сняли с поезда (тогда поезда в Тбилиси хо-дили через Баку) и отправили в детский приемник. После двух неудачных побегов из приемника меня отправили в детскую колонию. Все это про-исходило летом, и в колонии нас держали только в трусиках.

Освоившись, научившись играть в кости, узнал, что, выиграв кусок хлеба, корочку надо отдать проигравшему, и многое другое. Темной гро-зовой ночью пролез через решетки окна, забравшись по куче каменного угля (который привезли накануне, и я запомнил это) на забор, пролез под колючей проволокой, спрыгнул с забора и был таков. Охранялись только входные ворота.

Прибежал к морю, под проливным дождем пошел к вокзалу. На сча-стье, как раз подошел поезд Баку-Ростов, и я решил вернуться домой. За-брался на крышу и всю оставшуюся ночь под дождем ехал до станции Армавир, где быстро слинял с вокзала, чтобы милиция не замела. Два-дцать километров пешком шел до своего хутора. Пришел домой, покаял-ся, на следующий день пошел учиться.

Так как у меня не было никаких документов, то в 1947 году мне вы-писали свидетельство о рождении, где местом рождения указали х. Севе-ро-Кавказский (Царицын), а мамой сделали вторую мачеху Екатерину Васильевну.

В 1951 году закончил 7 классов с похвальной грамотой. В 1952 году поступил вопреки, а не благодаря в спецшколу ВВС N12 г. Краснодара. Началась учеба. Первое, что мне понравилось, это столовая, где я до от-вала наелся манной каши, которую люблю до сих пор. Второе – это рас-порядок дня: подъем, зарядка, построение, столовая, учеба, обед, сон, са-моподготовка. По городу ходили повзводно, строем. Первый год учебы пролетел быстро. Вместо летних каникул нас отправили в военизирован-ный лагерь в совхозе Джеметэ под городом Анапа, на берегу Черного мо-ря. Два месяца спортивных, военных занятий, затем отпустили домой.

Приехал домой в форме спецшкольника ВВС, встречаюсь с друзьями, девчонками, с которыми учился раньше и замечаю, что они стали какими-то маленькими. Ничего подобного, оказывается, это я за год вырос на 21 сантиметр, так как поступил в спецуху, как мы ее называли, ростом 151 см. Домой на каникулы приехал сростом 172 см. Вот результат режима питания, спорта, распорядка дня.

Из Новокубанского района я был один, поэтому в начале друзей не было. Затем подружился с Володей Пановым, Толей Радченко, Юрой Слепченко, Ваней Кочубеем, Лешей Маркиным.

Самое памятное впечатление из учебы в спецшколе, это прохождение парадным строем по улице Красной на 7-е ноября и 1-е мая, когда меня назначили в 10-м классе знаменосцем спецшколы. Идти впереди родной спецшколы строевым шагом со знаменем в руках на виду у всего города – это западает в памяти на всю жизнь.

Неизгладимое впечатление оставили также первый полет на По-2 на аэродроме г. Анапа и первый в жизни прыжок с парашютом с По-2 в г. Краснодаре.

Спецшкола и ее ученики пользовались в городе доброй славой. Дев-чонки из женских школ (тогда в городе были мужские и женские школы) с удовольствием посещали вечера танцев, которые у нас устраивали каж-дую субботу. В спецшколе нам давали уроки бальных танцев (вальс, вальс бостон, танго, па-де-грас, па-де-катр, краковяк, полька, фокстрот).

Стычки с ребятами из гражданских школ были, но не часто. Откро-венно, нас побаивались трогать.

В памяти навсегда остался траурный митинг в связи со смертью И.В.Сталина. Руководство школы в президиуме не стеснялось своих слез, спецы стояли в актовом зале, многие падали от перенапряжения, теряли сознание. Не знаю, как в руководстве страны, но простые люди нутром чувствовали, что умер великий человек 20 века, с именем которого связа-ны все крупнейшие достижения страны Советов. Одно очевидно: после смерти И.В.Сталина страна медленно, но верно скатывалась в пропасть, в которой сейчас находится наша Родина.

В спецшколе зачитывался книгами о подвигах Покрышкина, Кожеду-ба. Видел себя только летчиком-истребителем. Судьба распорядилась иначе: 25 человек из нашей спецшколы были направлены в Балашовское ВАУЛ, в том числе и я. Прошли медкомиссию и без экзаменов были за-числены курсантами. Вместо курса молодого бойца были направлены на заготовку овощей для училища. Здесь я впервые столкнулся с жизнью в деревнях российской глубинки. После кубанских станиц и хуторов дерев-ни выглядели жалко и убого, грязно.

Через месяц после зачисления в училище приступили к занятиям. Они были предельно насыщенными: азбука Морзе (прием на слух), аэродина-мика, теория и практика полета, военные дисциплины. Выходные дни проводили либо в карауле, либо на спортивных мероприятиях. Ну и вполне естественно, строевые занятия, марш броски днем и ночью, подъ-ем по тревоге, тренировки: подъем, отбой.

Командир роты у нас был капитан Смирнов – более терпимый и ло-яльный, чем капитан Абов, командир другой роты.

К декабрю теоретическая часть учебы была закончена и начались практические полеты на Як-18. Инструктором в нашей группе курсантов: Караваев Геннадий, Кириллов Борис, Киндяков Василий, Кирсанов Ана-толий, Касьян Анатолий и я был капитан Шмаков Виктор Гаврилович. Спасибо ему за путевку в небо. Из нашей группы никто не был отчис-лен.

Летали мы на аэродроме 217-й километр, это недалеко от Балашо-ва.

Зимой нам дали ознакомительные и вывозные полеты, потом опять занятия в УЛО, а весной выезд в лагерь на 217-й км, и снова полеты до глубокой осени. Там мы вылетели самостоятельно, освоили сложный пи-лотаж на Як-18, сдали экзамены.

В училище я сдружился с Леней Егоровым, Юрой Ахапкиным, Воло-дей Гурьевым, Володей Витязевым. Ф-244

Осенью снова занятия в УЛО, изучение материальной части самолета Ли-2. Весной выехали в лагерь под с. Черная Грязь, где в прежнем соста-ве, но с новым инструктором капитаном Старцевым Иваном Александро-вичем, начали осваивать Ли-2. Ознакомительные, вывозные, самостоя-тельные, маршрутные полеты и наконец выпускные экзамены. Летал я, видно, неплохо, ибо в своей группе при сдаче госэкзаменов я летал пра-вым летчиком со всеми из нашей группы.

На экзаменах произошел страшный случай: при посадке курсант не справился с управлением, самолет завалился на крыло, стал разрушаться, загорелся, остановился, экипаж быстро покинул самолет (никто не по-страдал). Самолет сгорел буквально за 15 минут. Это тоже была своего рода учеба: пилот не имеет права на ошибку.

Училище закончил по первому разряду (по нынешнему с золотой ме-далью), и моя фамилия, как и других курсантов, окончивших по первому разряду, была золотыми буквами занесена на мраморную доску почета училища. Хотел стать морским летчиком, но судьба распорядилась иначе, и я благодарен ей.

После экзаменов и торжественного вручения погон лейтенантов ВВС настал час распределения по частям. Мне предложили начать службу в подмосковном гарнизоне Остафьево. Я дал согласие, так как перед этим мои друзья-спортсмены Саша Алейник и Володя Гурьев уже записались служить в располагавшейся там Вспомогательной авиационной дивизии ДА и не советовали мне отказываться.

Из Балашовского ВАУЛ туда отобрали 65 выпускников. Некоторые поехали сразу, а некоторых отправили в отпуск, в том числе и меня.

Отпуск провел на Кубани и в Тбилиси, пощеголяв в парадной форме летчика ВВС. 2 декабря прибыл в часть, представился в штабе и был на-значен в 1 АЭ 89 ТАП в экипаж капитана Запруднова Н.Х. вторым летчи-ком. После сдачи зачетов в январе 1958 года совершил свой первый полет в Польшу на аэродром г. Легница.

Дивизия выполняла задания ГлавПУРа СА и ВВС по доставке почты и грузов в страны соц. лагеря (ГДР, ВНР, ЧССР, ПНР).

Как летчикам, нам крупно повезло. Мы попали в часть, которая лета-ла 365 дней в году зимой и летом, днем и ночью, в любую погоду от Бер-лина и Вены на Западе до Сахалина, Китая, Кореи на Востоке. От станций “Северный полюс” сурового Заполярья, до знойной Кушки и Ашхабада. И мы, молодые летчики, осваивали эти маршруты.

Летный и инженерно-технический состав дивизии впервые в СССР изобрели, освоили и узаконили систему посадки ОСП-48 (заход на посад-ку по двум приводным радиостанциям). Ни одна другая транспортная авиачасть СССР по своим боевым возможностям и полетам в сложней-ших метеоусловиях не могла быть равной Остафьевской, даже знамени-тая правительственная АДОН (авиационная дивизия особого назначения). Командиры экипажей имели минимум 50мх500м днем и 100мх1000м но-чью (и это при отсутствии радиолокаторов и других систем захода на по-садку). А капитан Запруднов имел дневной персональный минимум 30м х300м.

Летчик, как и спортсмен, должен тренироваться постоянно. Налет наших экипажей составлял 80 – 120 часов в месяц. А вот экипаж Запруд-нова, с которым я летал ранее, со вторым пилотом Барановым В.М. умуд-рился налетать на Севере 300 часов за месяц. Нынешние асы налетывают 50 часов в год.

В 1958 году авиадивизия была расформирована. Был оставлен только 89 ОТАП для обслуживания частей Дальней авиации. Однако командую-щий ДА маршал авиации В.А. Судец распорядился сохранить в штате двух правых летчиков на экипаж.

Преклоняюсь перед поколением участников Великой Отечественной Войны. После расформирования дивизии к нам штурманом полка назна-чили Героя Советского Союза подполковника Ижутова Н.С. Он прибыл один, без семьи и жил в гостинице с нами в одной комнате вместе со мной, Лешей Егоровым, Володей Комлевым. Скромный, нетребователь-ный, терпеливый, он прожил с нами в общежитии полгода. Человек, про-шедший войну, общался с нами как наш ровесник, не предъявляя никаких претензий ни к нам, ни к персоналу общежития. Для нас это был пример настоящего Человека с большой буквы. Низкий поклон таким как он.

В 1959 году на соревнованиях по конькобежному спорту получаю со-трясение головного мозга, и в моей аттестации появляется запись “По со-стоянию здоровья целесообразно уволить из кадров Советской Армии”. Был направлен в ЦНИАГ для лечения и прохождения ВЛК, где был при-знан “годным к полетам только на поршневых транспортных самоле-тах”.

Таким образом, карьера летчика ДА для меня была закрыта. Я мог претендовать только на седло правого летчика и звание старшего лейте-нанта.

Помогли спорт и общительный характер. Мне предложили стать ком-соргом полка с оставлением на летной работе (должность была капитан-ской). Так, в 24 года я стал капитаном. (До Наполеона было ох как далеко, который в мои годы стал генералом).

Занимаюсь с личным составом спортом, иногда даже сплю в казарме. Увлекаюсь легкой атлетикой (чемпион гарнизона в беге на 100м, 200м, в прыжках в высоту). Занимаюсь плаванием, гимнастикой, борьбой самбо. Заниматься самбо всех молодых летчиков заставил, в полном смысле это-го слова, начальник штаба полка подполковник Костюков Иван Гаврило-вич.

С 1962 года начал регулярно прыгать с парашютом. В полку под ру-ководством начальника ПДС Сигаева А.В. была создана команда по па-рашютному спорту, куда входили летчики Панков В.В., Гурьев В.А., Голубев О.В., укладчик парашютов Н.Яшкин, радист М.Адгамов. Командование части во главе с командиром полка полковником Бочкаревым Д.И. поощряло спорт.

В 1963 году мне присваивают звание “Инструктор парашютно-десантной подготовки ВВС” и включают в сборную команду по пара-шютному спорту от войсковой части. После чемпионата ДА меня вклю-чают в сборную ДА по парашютному спорту, и на чемпионате ВВС я за-нимаю 3 место. В 1966 году мне присваивают звание “Мастер спорта СССР”. Потом из нашей команды мастерами спорта СССР стали Панков В.В., Гурьев В.А., Н.Яшкин.

Самой значительной победой нашей команды парашютистов считаю завоевание 1 места и “Кубка Гагарина” на первенстве МВО, где мы опе-редили команду ВДВ. Представляете, летчики любители-парашютисты побили профессионалов! Команду нашу представляли: Володя Панков, Володя Гурьев, Коля Яшкин и Коля Иванов. Тренером был Сигаев А.В.

В 1965 году ЦНИАГ снимает с меня ограничение по здоровью, и я “Годен к летной работе без ограничений”.

В 1966 году получаю назначение командиром корабля самолета ИЛ-14, но через полгода 89 отап ДА расформировывают, преобразовав его во 2 отаэ ДА. Меня, как и многих других, направляют в Рязань переучи-ваться на ТУ-16. После переучивания направляют в Оршу помощником командира корабля самолета ТУ-16. Летаю в эскадрильи подполковника Тухватулина В.Р., где мне предлагают майорскую должность замполита эскадрильи. В это время поступило предложение вернуться в Остафьево на должность командира корабля (капитанская должность), на что даю согласие немедленно, где летаю до 1973 года.

В 1973 году мне предлагают службу в Отдельной краснознаменной авиационной бригаде особого назначения (ОКАБОН), которая базирова-лась на аэродроме Чкаловский. Даю согласие, так как должность майор-ская. Там уже служат мои однокашники из Остафьево Алейник А., Гусев А., Зубарев Владимир, Зубарев Витислав, Белевцев А., Васильев В.

Высшей похвалой Остафьевской летной школе считаю случай, когда в первый месяц службы в ОКАБОН при подготовке к выполнению ноч-ных полетов в СМУ генерал Викторов (командир ОКАБОН) говорит: “В Московской воздушной зоне туман, низкая облачность, ближайшие за-пасные аэродромы в Белоруссии. Долгов (это мой командир АЭ), кто у тебя полетит на разведку?” Ответ Долгова: “Капитан Иванов”.

Тут мне вспомнились мои наставники: полковник Бочкарев Д.И., майор Гетман А.М., майор Клюкин Г.К., капитан Запруднов Н.Х., капи-тан Савельев Н.Ф., капитан Каплунов П.И. и другие настоящие асы, мас-тера своего дела, учившие меня летать и строго спрашивать за каждый элемент полета. Спасибо им и низкий поклон.

В связи с этим никогда не забуду полеты из Тикси на станцию “Се-верный полюс-6” через Новосибирские острова. После посадки и раз-грузки командир корабля Запруднов Н.Х. говорит мне: “Садись в левое кресло и взлетай. Всегда будешь помнить, что правым летчиком взлетал с Северного полюса!” Взлететь с Северного полюса самостоятельно было неожиданным подарком. Усаживаюсь в кресло командира, выруливаю на взлетно-посадочную полосу. Дело было в апреле месяце, Солнце светило уже практически круглые сутки, все вокруг белое, серебряное, голу-бое.

Взлетаю, даю команду: “Убрать шасси”, набираем высоту. Душа поет, вид с воздуха на станцию СП-6 изумительный. Поселок из балков (это та-кие жилые вагончики, состыкованные друг с другом), ВПП через всю льдину кажутся чем-то нереальным, нарисованным чудесным художни-ком, имя которому – природа.

Занимаем эшелон 2100 м. Весь экипаж, кроме меня, идет играть в преферанс. Не верите? Спросите других пилотов, летавших в то время на Севере. При подлете к Тикси, который при чистейшем арктическом воз-духе видно за 100-200 км (не сам поселок, а горы вокруг), вдруг отказы-вает правый двигатель. Действую по инструкции, добавляю газ левому, удерживая курс и высоту. Через несколько секунд в кабину влетает За-пруднов Н.Х. Отказывает левый двигатель. Бортовой техник Корягин Виктор кричит: “Сука, однако, забыли бак переключить”. Кто летал на Ли-2, знают, что несвоевременное переключение баков с горючим приво-дит к прекращению работы правого, а затем и левого двигателей.

Благо, запас высоты был приличный и на высоте где-то 1500 м двига-тели запустили. Прилетели, сели. О ЧП никому, естественно, не доложи-ли. Для экипажа это не было в диковинку. А для меня это было нереаль-ным, незабываемым. У бортового техника Корягина В. с тех пор появи-лась поговорка “Сука, однако”, которая превратилась в его кличку. Если кто-то искал Корягина В., то спрашивал: “А где этот …однако”.

После нас на эту льдину на ТУ-16 сел и взлетел дважды Герой Совет-ского Союза генерал-лейтенант Молодчий А.И.

Мы подходим к Новосибирским островам и слышим на первом кана-ле разговор: “Господин Молодчий, не хотите ли залететь к нам на Аля-ску?” Ответ: “Если я к вам залечу, мало не покажется, б….” И затем гро-бовое молчание. Военное командование США тщательно следило за все-ми перелетами экипажей ДА на Севере.

Летная служба закончилась для меня в 1974 году. Свой последний по-лет, как и первый, я совершил в г. Легница, Польша. После очередного сотрясения головного мозга я был списан на землю.

Подвожу итоги летной работы: освоил самолеты ЯК-18, ЛИ-2, ИЛ-14, ИЛ-18, ТУ-16. Налетал 4700 часов.

Кстати, в Балашовском ВАУЛ мы летали на ЯК-18 и ЛИ-2. Затем в Остафьево мы долгое время летали на ЛИ-2, который во время войны был дальним ночным бомбардировщиком ЛИ-2НБ. Так что мы вправе назы-вать себя ветеранами Дальней Авиации. Летая на ЛИ-2НБ во время вой-ны, получили звания Героев Советского Союза генерал-лейтенант авиа-ции Безбоков В.М., генерал-лейтенант авиации Плохов А.А. Оба замести-тели командующего ДА.

Мне предложили службу на ЦКП ДА. Когда меня знакомили с залом управления полетами ЦКП ДА, я обратил внимание на доску в два этажа высотой, на которой были отображены корпуса, дивизии и полки ДА, их места базирования.

Так вот: половиной этих полков и дивизий командовали мои одно-кашники – выпускники Балашовского ВАУЛ 1957 года, и не было аэро-дрома, на котором бы я не садился лично.

На ЦКП ДА я прослужил до 1982 г.: дежурным штурманом, старшим дежурным офицером по перелетам, начальником службы аэронавигаци-онной информации – заместителем начальника ЦКП ДА, которым руко-водил полковник Петренко И.Ф. Вместе со мной на ЦКП ДА в то время служили мои однокашники подполковники Золотухин М.М. и Осадчий Н.И.

С 1982 года старший штурман-инспектор отдела БП 37 ВА ВГК, од-новременно – заместитель начальника инспекции по безопасности поле-тов МГА (“Аэрофлота”). Занимался стажировкой летного состава в “Аэ-рофлоте”. Там я работал с заместителем министра ГА по летной службе Потемкиным В.Я., выпускником Балашовского ВАУЛ 1958г.

В 1987 году закончил службу полковником ВВС. Ф-243

Спецшкола ВВС, Балашовское училище сделали из меня, обыкновен-ного пацана, сына колхозника-столяра – офицера Советской Армии. Это на всю оставшуюся жизнь.

Горжусь тем, что учился в Балашовском ВАУЛ, выпуск 1957 года ко-торого дал Военно-Воздушным Силам:

Главкома ВВС ВС РФ 1992 -1998 г.г., Героя России, заслуженного во-енного летчика СССР, генерала армии Дейнекина П.С.

Командующего 46 ВА ВГК 1987-1992 г.г. заслуженного военного летчика СССР, генерал-лейтенанта авиации Константинова Б.А.

Командира 22 гв. тба дивизии 1981-1987 г.г. генерал-майора авиации Нестерова Г.Д.

Командира 106 тба дивизии 1978-1984 г.г. генерал-майора авиации Степанова В.А.

Заместителя Главкома ВВС по воспитательной работе генерал-майора авиации Овчарова В.Д.

Командующего авиацией 39 армии – заместителя командующего 39 армии по авиации 1980-1985г.г.; командующего авиацией 5 гв. ТА – за-местителя командующего 5 гв.ТА по авиации 1985-1989г.г. полковника Берловского Н.С.

Заместителя командира 7 военно-транспортной авиационной дивизии 1975-1979 г.г. полковника Кривенко В.П.

Командира 354 авиационного полка 8 ад 1983-1988 г.г. полковника Алейника А.Г.

Командира 444 тба полка 8 отбак 1973-1977 г.г. полковника Басистова В.А.

Командира 203 гв. тба полка 22 тбад 1972-1979 г.г. полковника Бори-сенко В.Г.

Командира 341 тба полка 15 гв. тбад 1974-1979 г.г. полковника Витя-зева В.Д.

Командира 1023 тба полка 79 тбад 1976-1981 г.г. полковника Кучеря-вого А.Г.

Командира 436 отдельного транспортного авиационного полка ПВО МВО 1974-1978 г.г. полковника Левашко В.А.

Командира 334 втап 3 втад 1974-1979 г.г.; начальника службы безо-пасности полетов ВТА ВВС 1979-1983г.г. полковника Урцева Р.М.

Заслуженного военного летчика-испытателя СССР полковника Усен-ко В.В.

Заслуженного пилота СССР Биленко А.К.

Заслуженного пилота СССР Желтякова М.Я.

Заслуженного пилота Узбекистана Сулейманова Ш.Х.

Старшего инспектора-летчика ОБП ВТА 1980-1988 г.г. полковника Корниенко А.Л.

Старшего инспектора-летчика управления ВВС 40А ТуркВО 1982-1983 г.г. подполковника Меркулова И.Б.

Старшего инспектора-летчика по технике пилотирования ОБП 2 ОТБАК 1971-1974 г.г., начальника отдела по освоению и боевому приме-нению новых средств авиационной техники ЦОК 43 ЦБП и ПЛС 1974-1978 г.г. полковника Опарышева В.И.

Старшего инспектора-летчика по технике пилотирования ОБП 8 ОТ-БАК 1974-1978 г.г. полковника Пальваль М.Е.

Старшего инспектора-летчика 2 ОБП ДА 1973-1978 г.г., начальника поисково-спасательной службы и ПДС штаба 16 ВА (ГСВГ) 1986-1990 г.г. полковника Савельева В.Е.

Старшего инспектора-летчика ОБП 2 ОТБАК 1979-1980 г.г.

подполковника Тарасова А.В.

Старшего инспектора-летчика ОБП 24 ВА ВГК 1986-1987 г.г. подпол-ковника Токарева В.Н.

Военного атташе полковника Федорина В.Н.

Заместителей командиров авиационных полков, командиров авиаци-онных эскадрилий, отрядов и командиров кораблей высочайшей квали-фикации, мастеров своего дела, настоящих асов.

Количество просмотров - 371
Поздравляем с днем рождения




Новости форума БВВАУЛ



Объявления

Объявления подробнее

Новые страницы

Новые страницы подробнее

Новости

Новости подробнее

Популярные страницы

Популярные страницы подробнее


Яндекс.Метрика
.